Спасти рядового Хрулёва
Не собираюсь никого обвинять. Просто так вышло.
Голые факты (осторожно, местами кожа содрана):
Хрулёв Антон, рядовой ВДВ, контрактник, 1989 г.р., уроженец Никольска Пензенской области, срочной не служил.
Первый выход на СВО – осень-зима 2022-го года с добровольцами Пензенской области. Уцелел. Контузия, киста в позвоночнике. Сырость, понимаете ли.
Второй выход – контракт с Министерством обороны, ВДВ.
Третий пункт, уж простите, несколько более развёрнут: член Союза журналистов, член Союза писателей (фронтовой приём).
Пункт четыре – с начальством отношения так себе: правдоискатель.
Загибаем пятый палец – три сосудистых операции на ноги с декабря 2025 по апрель-май 2026-го.
Шесть – отправлен с изрезанными ногами и помаленьку садящимся зрением в резервный батальон своей части.
Семь – ждёт операции по зрению. Совсем, если честно, стало неважно с этим органом чувств.
Начался у Антона месяц обратного отсчёта. Почему обратного? Потому что вероятность отсылки его в штурмовое подразделение после пребывания в резервном полку равна, скажем так, ста двум процентам с кисточкой.
Ну, бывает, скажете вы. Не сложились отношения с начальством. Начальство строгое, с правдоискателями не церемонится. Вот и с ним церемониться не собираются. Не устраивает что-то? На, получи.
Я его друг. Ещё с довоенных времён. И не по войне мы сошлись, по писательству. Антон – и поэт, и прозаик, и публицист, воитель за культуру родного края. Успел выпустить в 2010-м юношеский сборник стихов, за последние два года – толстую книжку статей и тонкую книгу рассказов. Список его наград – на «Русской народной линии» (https://ruskline.ru/author/h/hrulev_anton_gennadevich). Вы по ссылке-то пройдите, там его фото. Убедитесь: очкарик.
И я в связи с изложенным уже год задаюсь одним вопросом: а как так у нас получается, что пошёл человек – не единожды, дважды – по доброй воле, искренне, честно, открыто, с категорией «В», и уже выбился из последних сил, а списывать его или хотя бы переводить – ни-ни? Не положено, и точка. Служить он готов, но есть нюанс – с декабря 2025-го, как только эвакуировали его с варикозом обеих ног с передовой, денег Антон получает – 40.000 российских рублей. Остальные просто не начисляются, хотя они ему и положены. Вчетвером на сорок – это вам как? Логика, видимо, такая: не в строю – сиди на базовой выплате, пока не поймёшь, как славно быть в строю, и сам назад не запросишься.
Тут не помогло даже его личное обращение в соответствующие органы, хотя выплаты положены в любом случае, здоров ты или нет. Обращение не только не помогло, но значительно ухудшило дело: завуалированными обещаниями о своей вероятно тяжкой дальнейшей судьбе Антон уже разжился. В армии такое называется «застучал».
Но ответьте себе только на один вопрос – а что делать человеку, жена которого находится в декретном отпуске по уходу за годовалой дочкой, и всего их в семье четверо, и никто из государственных органов особым рвением помогать им не горит?
Долгов у Антона уже больше, чем, скажем так, на 100.000, и низкий добрым людям, что дают ему в долг фактически бессрочно, понимая, что, если его убьют, денег они уже не увидят.
Знаете, господа, даже Сталин берёг своих словесников. Даже он, который, казалось бы, стольких, включая собственного сына, ради Победы отдал. Берёг словесников, понимаете?
Была надежда на армейскую газету, но возникли сложности с переводом. Нашлось другое подразделение, как раз по профилю – отказ. В третий раз – то же самое: род войск другой и направление тоже. Не выпросишь.
И последний мой вопрос – у нас что, так много пламенных публицистов, лауреатов «Молодого Дельвига», что мы ими так великосветски разбрасываемся?
Ну, погибнет Антон, выплатят семье, что причитается, при условии, что тело найдут, назовут в Никольске его именем улочку или присвоят его имя родной школе, и всё? Расписались в получении?
